Истории надежды: Идеальный шторм

История Джессики

Предупреждение о триггере: навязчивые мысли, самоповреждение, суицидальные мысли

Письмо для тебя

Моя история послеродовой тревожности отличается от того, что я читала, слышала или к чему готовилась. Я скрывала свои симптомы оправданиями и мыслями о том, что «со временем станет лучше». Потребовалось то, что мой терапевт назвал «Идеальным штормом», чтобы спровоцировать срыв, который привел к тому, что я заплакала (в буквальном смысле)… потому что я была в ужасе от себя и от потери своих детей.

Этот дневник появился в моей голове как способ осознать свою битву и помочь мне пережить то, что я пережил. Я услышал совет своего терапевта записывать свои мысли как способ исцеления, и вот я здесь. Когда я начал писать это, это было письмо себе, но быстро превратилось в письмо вам.

Мое желание 

Я бы хотела быть более честной. Я бы хотела быть более открытой. Я бы хотела, чтобы мой врач заставил меня встретиться со своей болезнью лицом к лицу и принять помощь. Мне нужно было объяснить, что моя послеродовая депрессия требует медицинского вмешательства и что это выше моих сил. Я оглядываюсь назад и хочу, чтобы крики в моей голове были слышны всем. Чтобы было меньше плача в душе и больше слез в объятиях моего мужа. Или, может быть, момент, когда моя защита ослабла, и кто-то увидел, что мне нужна помощь.

Сейчас я хочу, чтобы это помогло кому-то. Себе. Твоей дочери. Твоему лучшему другу. Я также надеюсь, что это исцелит меня немного больше.

Первый послеродовой опыт

После рождения моего первенца я была в прекрасном расположении духа, пока мой муж не вернулся на работу. Одиночество и грусть время от времени возникали между моими счастливыми объятиями ребенка. В глубине души я знала, что что-то не так, но из того, что я слышала, это было нормальной частью адаптации, и намеки были довольно тихими. 

Я понял, что триллеры и страшные шоу создают травмирующие чувства в моей голове. Повседневные вещи иногда вызывали у меня неприятные чувства. Все это было легко скрыть, наполнив свою жизнь счастливыми моментами и игнорируя все эти неприятные чувства.

Второй послеродовой опыт

Со вторыми детьми я стала больше недосыпать, и моя послеродовая депрессия и тревожность начали подпитываться недостатком сна в сочетании с гормональными изменениями. Мой рост тревожности и неспособность справляться с проблемами должны были стать красным флагом. После дня, полного истерик и слез, я сказала мужу: «Думаю, у меня есть некоторые послеродовые проблемы, и мне следует обратиться к врачу». 

Несколько дней спустя я пошла на прием, и к этому моменту я полностью отрицала, что что-то действительно не так, поэтому я слегка коснулась этой темы и очень преуменьшила свои симптомы. Однако этот врач все же обратил мое внимание на то, что небольшая доза лекарства может мне помочь, но я выбрала путь «выздороветь самостоятельно, потому что мне не так уж и плохо». 

Я оглядываюсь на это время, и мое сердце болит за моего старшего ребенка. Какой нетерпеливой мамой я была. Какие слезы ему пришлось видеть. Нет, это не было чем-то ежедневным, но скорее несколькими моментами, которые запали мне в душу и за которые мне нужно научиться прощать себя. Есть множество счастливых моментов, которые помогают мне исцелиться от этого.

Через 6 месяцев после родов второго ребенка мои мысли вышли из-под контроля. Плохие вещи просто всплывали в моей голове, и моей тактикой преодоления было представлять, как я причиняю себе боль, потому что «я была плохим человеком». Если я постоянно не заполняла голову радостными мыслями или отвлечениями, то неприятные мысли прорывались наружу. Мой разум не мог оставаться пустым. Было изнурительно заставлять свой мозг работать 24/7. Я действительно боролась, и все же мой страх не позволял мне рассказать об этом кому-либо. 

Были выходные на даче у подруги, которые, как я думала, меня исцелят. «Мне просто нужно не быть мамой несколько дней, и мне станет лучше». Сюрприз! Я вернулась домой, и мне было совсем не лучше. На самом деле, мне было намного хуже. Я была очень разочарована и очень обеспокоена. Я осознавала, что я действительно испорчена и не могу исправить себя. 

Опять… опять… опять… Я был слишком напуган, чтобы что-то сделать. Вместо этого я позволил своим чувствам быть похороненными в больших жизненных событиях, таких как:

Начало фотобизнеса

Продаем наш дом

Переезжаю на некоторое время к родителям, пока ищем новый дом.

Ого, это слишком сложная задача, не так ли? 

Я отмахнулся от этого, как обычно, потому что «я беззаботный, и это не может и не должно меня сломить. Со мной все будет в порядке. Да, мне просто нужно немного больше времени». 

Третий послеродовой опыт

За неделю до дня нашего переезда я узнала, что беременна. Безумное время. К тому времени моя послеродовая депрессия и тревожность стремительно нарастали. Я находилась в мучительном цикле навязчивых мыслей, за которыми следовали ненависть к себе, самообвинение и ментальное самоувечье, чтобы выкинуть эти ужасные навязчивые мысли из головы. Они просто продолжают воспроизводиться снова и снова. Это еще один первый раз, когда я признаю это, но у меня были мысли положить конец этому монстру, которым я стала. Я имею в виду, как такой ужасный монстр может быть в этом мире? Я не была безопасным человеком. Я была ужасным человеком, мамой, другом, женой, дочерью. Но в то же время я не могла этого сделать — я была беременна. 

В это время моему второму ребенку было семь месяцев. Однажды ранним утром я качала его в родительском кресле-качалке (в кресле, в котором я до сих пор ненавижу сидеть из-за этого воспоминания), извиняясь перед ним: «Я больше не могу быть твоей мамой». Мне нужно было сбежать. Я начала строить планы. Я бы ушла, родила где-нибудь этого ребенка, а потом отправила бы его или ее обратно к мужу, но я не могу быть рядом с ними.

Боже, это снова и снова разбивает мне сердце. Я знала, что я не была хороша для них... для всех. И кроме того, как только все узнают, какой я испорченный, они запрут меня и заберут у меня моих детей.

На следующий день я играла с двумя своими маленькими мальчиками и испытала момент паники из-за навязчивой мысли. Я заперлась в ванной и плакала до приступа паники. Мой двухлетний ребенок стучал в дверь и спрашивал: «Мама, мамочка?» (уф, тут нужно сделать глубокий вдох). Он просто знал. Это был тот самый звоночек, который мне был нужен.

Я перевела дух, обняла своего малыша и загуглила «послеродовые терапевты». Я позвонила мужу, с большей тревогой, чем когда-либо, и призналась, что мне нужна помощь и что я не в порядке. Почему мне до сих пор так трудно писать об этом, не говоря уже о том, чтобы произносить вслух? Мне нужна была помощь. Мне нужна была помощь. МНЕ НУЖНА была ПОМОЩЬ. После всего этого накопившегося страха и молчаливого позволения моему психическому здоровью мучить меня на протяжении четырех лет, я отпустила ситуацию. 

После этого телефонного звонка я загуглила все свои симптомы в поисках сайтов и блогов, как этот, которые могли бы нормализовать то, как я себя чувствовала. Рыдая и напуганная, я читала похожие истории мам, которые прошли через похожие и худшие испытания. 

Мои чувства, мысли, эмоции и страхи соответствовали интернет-определению послеродовой депрессии и тревожности. Это был первый момент, когда я почувствовала себя нормально, и я заплакала. Подумайте , похожую на "Алису в стране чудес", Большая лужа слез. Эти слезы были полны множества эмоций: от облегчения до беспокойства. 

К счастью, мне удалось встретиться с акушером-гинекологом довольно быстро. Медсестра вручила мне типичные документы по оценке послеродового состояния, в которых я лгала бесчисленное количество раз до этого. На этот раз я начала отвечать честно. Листок тонул в моих слезах. Моя боль, беспокойство и страдания были слишком сильны, чтобы выносить их в одиночку. Этот врач был так добр и внимателен к моей ситуации. Он прописал мне антидепрессант в низкой дозе. 

Даже после травмы, с которой я справлялась, я не хотела начинать принимать таблетки для своего психического здоровья. Я не хотела быть той, кому нужно полагаться на таблетки, чтобы вылечить ее! Но я была так больна, что не могла есть, я все время плакала, я была слишком напугана, чтобы оставаться одна, и плохо спала. Через несколько дней мой муж убедил меня начать принимать лекарства, и это изменило мою жизнь…спасло мою жизнь.

The Perfect Storm 

Далее был прием у психотерапевта. Она объяснила, что я борюсь с послеродовым ОКР и тревогой с навязчивыми мыслями. Все эти большие перемены в жизни и мои бурлящие гормоны закрутили меня в этот «идеальный шторм».

Это ОКР было создано беспокойством матери. Мой мозг создавал навязчивую мысль о моих детях, и мое ОКР было одержимо этим, создавая худшие сценарии, которые продолжали проигрываться в моей голове, мучая меня 24/7.

Такие слова, как «это не ты», «это вне твоего контроля» и «это не твоя вина», были сказаны мне терапевтом. Эти слова дали мне разрешение не винить себя, хотя это само по себе было битвой. Меня отправили домой с техниками преодоления, чтобы помочь мне побороть моих демонов. Мне дали строгие указания замедлить свою жизнь, заниматься спортом, выходить на улицу, хорошо питаться, работать над дыхательными техниками и принимать лекарства. Позаботься обо мне.

Так я и сделал.

Во время этого послеродового путешествия мне также поставили диагноз D-MER — состояние, которое во время прилива вызывало негативные эмоции, которые лишали меня радости во время кормления. Лучший способ описать это — как невидимый плащ депрессии и противных чувств, накрывавших меня каждые 3 часа. Педиатры, акушеры-гинекологи и консультанты по грудному вскармливанию рекомендовали мне прекратить кормить грудью, поскольку мое психическое здоровье — самое важное.

Некоторые могут посчитать этот «Идеальный шторм» достижением дна. Но я девушка, которая смотрит на вещи позитивно, и за моим штормом последовал удивительный лучик солнца, малышка, и система поддержки, которая видит меня и то, с чем я боролась.

Сейчас, 18 месяцев спустя, я не полностью выздоровел, но я действительно счастлив вернуться к своему нормальному состоянию на 90%. Я принимаю большую дозу антидепрессантов. Я много внимания уделяю себе. Регулярно занимаюсь спортом, ограничиваю потребление кофеина и перешел на трезвый образ жизни. Несколько раз, когда я выпивал в прошлом году, вызвали сильную депрессию, более навязчивые мысли и, к сожалению, даже момент небольшого самоповреждения. 

Послеродовой период — это действительно путешествие вверх и вниз. Да, это может быть неприятно. Да, вы можете чувствовать грусть. Да, это может быть ощущение изоляции. Вы способны пройти через это. Боритесь за себя. Пожалуйста, преодолейте свои страхи. Просите о помощи. Ищите убежища от своего «идеального шторма».

Бонусный отрывок: Четвертый ребенок 

Прошел год с тех пор, как я впервые написала этот дневник. Честно говоря, я как-то забыла, что написала и отправила эту статью. По иронии судьбы, через несколько дней после рождения нашего четвертого ребенка я получила сообщение о том, что мой опыт будет представлен в этом месяце. Это было грустно, но прекрасное напоминание о том, что я преодолела. Я гораздо лучше осознаю, что я чувствую, и понимаю, что эти навязчивые мысли питаются недостатком сна. Поэтому я дремлю и обнимаюсь гораздо больше, чем когда-либо. Я никогда не была счастливее, чем сейчас.

---

Получение справки

Узнайте больше о перинатальных психических расстройствах

Бесплатные онлайн-группы поддержки, включая поддержку в перинатальный период